Некоторое время было тихо. Аделл изредка подносил к губам стакан, а глаза Лупова закрылись. Оба техника отдыхали; Внезапно Лупов открыл глаза.

- Ты думаешь, мы сможем подключиться к другому солнцу, когда наше иссякнет, да?

- Я вообще не думаю.

- Наверняка думаешь. Ты слаб в логике, вот в чем дело. Ты - как тот парень из анекдота. Он попал под ливень и бросился к роще, чтобы спрятаться под дерево. Он думал, что когда одно дерево пропустит воду - он встанет под другое.

- Понял, - сказал Аделл.- Не кричи. Когда Солнце исчезнет, другие звезды тоже погибнут.

- Совершенно верно, - пробормотал Лупов. - Все началось в космическом взрыве, как ни крути, и все кончится, когда звезды погаснут. Конечно, одни звезды умирают быстрее других. Черт возьми, гиганты продержатся не больше ста миллионов лет. Солнце-биллионов двадцать, а карлики, пожалуй, могут прожить и всю сотню биллионов, но ведь они мало на что пригодны. В любом случае через триллион лет будет темно. Энтропия возрастает до максимума, только и всего.

- Я знаю насчет энтропии, - сказал Аделл, защищая свое достоинство.

- Черта с два ты знаешь.

- Да уж знаю не меньше твоего.

- Тогда ты знаешь, что все когда-то погибнет.

- Ну да, а кто говорит, что нет?

- Ты сказал, несообразительная личность. Ты сказал-"навечно".

Настала очередь Аделл а возражать.

- А может быть, мы когда-то заново создадим материю, - сказал он.

- Никогда.

- Почему - никогда? Когда-нибудь.

-Никогда!!!

- Спроси Мультивак.

- Спроси сам. Держу пари на пять долларов, что это невозможно.

Аделл вылил достаточно, чтобы принять пари, и в то же время был достаточно трезв для того, чтобы проделать необходимые операции. Он задал Мультиваку вопрос: "Сможет ли человечество когда-либо, не расходуя энергии, восстановить Солнце, даже если оно умрет от старости?" Впрочем, вопрос этот можно было бы сформулировать иначе: "Каким образом уменьшить чистую энтропию Вселенной?" Мультнвак внезапно замер. Исчезли медленные переливы световых сигналов, затихло далекое тиканье реле.